ДЕТСКИЕ КНИЖКИ

 

Марина Москвина
Блохнесское чудовище
(из книги "Моя собака любит джаз")

 

Непросто вырастить охотничью собаку. Вот наша такса Кит. Сейчас он уже в летах. А лучшие годы жизни он посвятил уничтожению ВСЕГО вокруг себя, и всё это он ел!
      Мы страшно боялись, что он заболеет и умрёт. Но Кит жил припеваючи. Только однажды он впал в меланхолию, когда проглотил мою резиновую галошу. Месяц ходил печальный, а потом взялся опять за своё.
      Если положить в кровать рыжего пса, который сторожит тёти Нюрин огород, он быстро вскочит и удерёт. А Кит ляжет, устроится поуютнее и будет пыхтеть, чтобы пожарче сделать своему товарищу по кровати - мне.
      Я даже представить не могу, что у нас когда-то не было Кита. Я помню, как у него нос вытягивался, уши, туловище, он рос хоть и незаметно, а прямо на глазах, как идут минутные стрелки.
      Когда мы первый раз привели его на выставку, он оказался лучшей собакой в Москве. Все были начёсанные, причёсанные, а Кит вышел с папой на ринг, и судья сказал:
      - Кобель Антонов! Первое место по красоте.
      Когда он подошёл к двухметровому барьеру, мы ужаснулись: он никогда не прыгал такую высоту. Забор сплошной. Никто никого не видит. Папа встал за барьером и крикнул:
      - КИТ!
      Кит взвыл - это было тоскливое коровье мычание - и перепрыгнул.
      А как он охотился! Механический заяц в штаны наложил, когда Кит появился на горизонте.
      Из уважения к Киту папа приобрёл ружье и подал заявку на охоту на ворон, как на вредных животных. Но Кит так весело на них кидался, что все вороны просто улетели из нашего двора.
      С тех пор у Кита во дворе хорошая репутация.
      Когда к нам пришла отравительница крыс и мышей, тихая женщина в серой шапочке, увидела Кита - испугалась, то наша дворничиха сказала ей:
      - Не бойтесь! Это самая лучшая собака на свете.
      Тихая женщина в серой шапочке пришла травить крыс и мышей, но их у нас не оказалось. И всё-таки папа взял телефон этой тихой женщины, папа взял её визитную карточку: "Плахова - крысы-мыши". И мы забыли про эту карточку, совсем забыли.
      Летом я и Кит гуляли в полях. Он давал круги, зависая над маленькими зелёными ёлками. Он так хорошо себя чувствует в полёте! И я себя тоже! А когда шёл дождь, мы бежали домой под дождём. Впереди, задрав хвост, шпарил Кит. И я думал: "Вот как надо счастливо жить".
      И вдруг - ни с того ни с сего - как гром среди ясного неба: у нашего Кита завелись блохи. Блохи очень приспособлены к жизни. Они пришли к нам из тьмы веков и, наверное, будут прыгать и скакать, когда погаснет Солнце и наша цивилизация исчезнет с лица Земли.
      - Выше нос! - сказал папа псу.
      Он схватил Кита, как орёл курочку, сунул в ванну и намылил дегтярным мылом. Блохи обалдели. У них был такой ошалелый вид! Мы думали: никто не уйдёт живым, все найдут себе тут могилу. Но они проявили самообладание и дружно перебежали к Киту на нос. Я поймал несколько штук.
      - Где ты их находишь, где?! - кричал папа.
      - Сейчас я тебе покажу, - отвечал я, - и ты запомнишь.
      - А что? Какое чувство, - кричал папа, - когда ты поймал блоху?
      - Чувство радости, - отвечал я.
      Тут они взяли и перескочили на папу. Папа бил их газетой, крича:
      - Андрюха! Они скачут по моей груди!
      Он гонял их с места на место, пока вся компания почти без потерь снова не оказалась на Ките.
      - Только весёлое животное, как блоха, - сказал папа, - не станет предаваться унынию после таких сокрушительных ударов судьбы.
      И вызвал ветеринара.
      Ветеринар приехал на "газике".
      - Поменьше гуляй, - сказал он мне. - Ваш двор полон инфекций.
      Я поглядел в окно. Двор был пуст. Как странно устроен мир! Один человек смотрит - и не видит. Другой же видит не глядя. Тогда я представил себе толпу ИНФЕКЦИЙ, похожих на слоноедов, свирепо разгуливающих по двору.
      - На что жалуемся? - спросил ветеринар.
      Кит лежал у меня в постели. Я боюсь: если не пускать на кровать Кита, он может не понять, в чём дело, и подумает, что его разлюбили.
      - Кто это? - спросил ветеринар, осмотрев Кита.
      - Это блохи, - ответил папа. И беззаботно добавил: - Что за собака в наше время без блох?
      - А кто вам сказал, что это собака? - спрашивает ветеринар.
      Я знал, я давно подозревал, что Кит не собака, а четвероногий человек.
      - Это короткоухая такса за двести рублей, - твёрдо произнес папа. - Купленная мной и Андрюхой на Птичьем рынке.
      - Вас обманули, - сказал ветеринар. - Это крыса. Циклопическая американская крыса. Вид найден в городе Бостоне, штат Массачусетс, во время ремонта канализационных труб. Бостонцы привозят их в клетках на Птичий рынок и продают в качестве такс.
      - А-а-а! - закричала мама и грудью заслонила меня от Кита.
      Все сразу вспомнили его странное поведение: как он любит пожёвывать папино ухо, ест подчистую всё на своем пути и как он в овраге - первый - покинул тонущий в луже плот.
      - Значит, наш Кит - это крыса? - задумчиво сказал папа.
      - Да, - вздохнул ветеринар. - И среди этих крыс встречаются людоеды.
      Мама закачалась.
      Почуяв неладное, Кит сделал вид, что он глубокий старик, и стал доканывать нас своими печальными вздохами. Я хотел к нему подойти, чтобы он знал, что мне неважно его происхождение, но мама вцепилась в меня, как медведь коала в эвкалипт.
      - Так вот почему на даче, - задумчиво сказал папа, - он в окне выгрыз форточку и вылетел в огород!..
      - Это настоящий крысиный поступок, - сказал ветеринар.
      - А я его понимаю! - говорю. - Я-то по опыту знаю, что такое одиночество.
      - Но всё равно, - говорит папа, - зачем же окна грызть?
      А я говорю:
      - Потому что оно ему мешало! Его неведомая сила влечет. Он ничего с собой не может поделать.
      - Вот именно - неведомая сила, - зловеще произнёс ветеринар. - Он дома гадит?
      - Никогда!
      - Уникальный случай! - Ветеринар вынул фотоаппарат и нацелил на Кита объектив.
      Кит дико затрясся.
      - Видите? - сказал ветеринар. - Не хочет фотографироваться. Боится, что его разоблачат.
      - Раз крыса, так крыса, - говорю я. - Подумаешь!
      - Если Кит съест папу, - сказала мама, - я не переживу.
      - А не надо его злить, - говорю. - В случае чего я запру его в комнате.
      - Люся! - вскричал папа. - Люся! Как же нам быть?
      Он воздел руки к небу, и в этот момент из его кармана выпала визитная карточка: "Плахова - крысы-мыши".
      Все молча уставились на неё, окаменев.
      - Нет! - крикнул я. Я думал, у меня разорвётся сердце.
      Бедный Кит. Он, умевший уходить отовсюду, где ему не нравилось, и удирать ото всех, кого он не любил, в мгновение ока очутился в лапах ветеринара. Тот сжимал его цепко, профессионально. И уже уходил от нас, бормоча:
      - В доме ребёнок... опасно... внизу... спецмашина... эти крысы такие коварные...
      Он ещё что-то бормотал, унося Кита, но я не слышал.
      Я орал:
      - КИТ! КИТ!!!
      Я рвался к нему, но мама держала меня. И папа меня держал.
      - Это катастрофа, - растерянно шептал папа. - Это катастрофа!
      Но держал крепко.
      И тогда я понял, что уйду из дома. Буду бродить, вспоминая Кита и родителей. Но, конечно, никогда не вернусь. Никогда. Они поймут, что значит потерять САМОЕ БЛИЗКОЕ СУЩЕСТВО. Тогда они  п о й м у т.
      Ветеринар уходил. А я ничем не мог помочь Киту! Наши взгляды встретились. В последний раз. В полной тишине.
      И тут Кит сказал:
      - ВЫ ЧТО, ПСИХИ? Слышал бы мой дедушка, ТАКС КЕНТЕРБЕРИЙСКИЙ, эту белиберду! Ветеринар ненормальный. Он сбежал из сумасшедшего дома... Андрюха! - сказал Кит. - Положи меня в кровать.
      Это было первый и последний раз в жизни. Больше Кит ничего не говорил. И ветеринар тоже. Но прежде чем исчезнуть из нашей жизни навсегда, он обернулся на пороге и сказал:
      - От блох хороша черемичная настойка.

 

Художник Владимир Буркин

[в пампасы]

 

Электронные пампасы © 2005

Используются технологии uCoz